Андрей Гурулев: Вижу, что мои слова о защите складов маркетплейсов некоторые представили так, будто я предложил бизнесу самостоятельно сбивать беспилотники
Вижу, что мои слова о защите складов маркетплейсов некоторые представили так, будто я предложил бизнесу самостоятельно сбивать беспилотники. Конечно, речь шла не об этом, а о пассивной защите объектов и людей.
Обнаружение и уничтожение воздушных целей является задачей государства и специально уполномоченных структур. Но крупный бизнес со своей стороны обязан обеспечивать безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений и оборудования. Особенно когда речь идёт об объектах, от которых зависит работа огромной логистической системы.
По данным Коммерсанта, к 30 июля ударам подверглись не менее десяти складских объектов Wildberries в разных регионах России. Уже к 22 июля четыре атакованных комплекса общей площадью 552 тысячи квадратных метров составляли около 10 процентов всей логистической инфраструктуры компании. Около 8 процентов мощностей пришлось временно вывести из работы.
В результате атак 18 июля погибли восемь работников. Семь сотрудников ночной смены погибли на складе в Котовске Тамбовской области. Ещё один пострадавший скончался после атаки на логистический комплекс в подмосковной Электростали. Десятки людей получили ранения.
Это удар не только по одной компании. Маркетплейсы давно перестали быть обычными интернет-магазинами. По данным Минэкономразвития России, на цифровых платформах сегодня работают около четырёх миллионов человек, включая студентов, пенсионеров и родителей с детьми. Оборот товаров и услуг через крупнейшие отечественные платформы уже эквивалентен 8,5 процента российского ВВП.
Поэтому пассивная защита должна быть не формальностью, а конкретной и заранее организованной работой. Необходимо обеспечить своевременное оповещение персонала, отработанную эвакуацию, безопасные зоны, исправные системы пожарной сигнализации и пожаротушения, резервные источники энергии и независимые каналы связи.
Отдельно нужно защищать наиболее уязвимые элементы объектов. Речь может идти об инженерных экранах и сетчатых конструкциях над трансформаторами, узлами связи, резервуарами, серверными и другим критически важным оборудованием. Такие меры не уничтожают воздушную цель, но способны снизить последствия удара, сохранить людей и не допустить остановки всего объекта.
В нашей истории подобный подход уже доказал свою эффективность. В годы Великой Отечественной войны активную противовоздушную оборону обеспечивали военные. Пассивную защиту организовывали государственные органы, гражданские организации, предприятия и население.
На предприятиях создавались объектовые команды и группы самозащиты. Они отвечали за оповещение, укрытие людей, тушение пожаров, спасательные и аварийно-восстановительные работы, а также за устойчивость производства во время налётов.
По официальным данным, силы местной противовоздушной обороны ликвидировали последствия более 30 тысяч налётов авиации, предотвратили свыше 32 тысяч серьёзных аварий на объектах народного хозяйства, обезвредили более 430 тысяч авиабомб и почти 2,5 миллиона снарядов и мин. Было ликвидировано около 90 тысяч загораний и пожаров.
Предприятия не подменяли собой армию. Они выполняли свою часть общей задачи, защищали работников и обеспечивали устойчивость тыла.
Сегодня удары по логистической инфраструктуре нарушают поставки, наносят ущерб предпринимателям, лишают людей доходов и создают напряжение внутри страны. Государство обязано защищать страну и нейтрализовать воздушные угрозы. Но и крупный бизнес обязан защищать своих работников и принимать разумные меры для сохранения объектов. Одно не отменяет другого.
После серии атак вопрос уже не в том, нужно ли усиливать безопасность. Вопрос в том, насколько быстро это будет сделано.