Лёвино — село в Моршанском муниципальном округе Тамбовской области. Его история вмещает и дворянскую усадьбу с экзотическим парком, и купеческую ветряную мельницу, которая пережила революцию, коллективизацию и развал, но дожила до наших дней в виде деревянного скелета.
Село раскинулось на правом берегу реки Сержалы — небольшого притока Цны. До Моршанска — 18 км по прямой, до Тамбова — около 67 км на северо-восток.
До 1917 года Лёвино принадлежало князю Николаю Николаевичу Чолокаеву (в некоторых документах фамилия пишется через «е» — Челакаев). Он был видной фигурой губернского масштаба: занимал пост предводителя тамбовского губернского дворянства, возглавлял земские собрания, курировал народное образование и здравоохранение в уезде.
Чолокаев отличался незаурядными для помещика того времени увлечениями. Получив блестящее образование, он всерьёз интересовался ботаникой и дендрологией. Вокруг усадебного дома на «Горе» он разбил парк, куда высаживал саженцы, привезённые из Западной Европы, Крыма и с Кавказа. Современники упоминали, что там росли дубы-великаны, лиственницы, экзотические кустарники и даже несколько магнолий (хотя суровые тамбовские зимы не все из них пережили). Парк был спланирован в пейзажном стиле с аллеями, беседками и спуском к реке.
После Октябрьской революции усадьбу национализировали. В барском доме открыли школу — она проработала здесь несколько десятилетий. Парк же, по воспоминаниям старожилов, был практически полностью разграблен и вырублен крестьянами на дрова и стройматериалы уже в первые годы советской власти. От былой ботанической коллекции не осталось и следа.
Главная достопримечательность Лёвина сегодня — это ветряная мельница, стоящая в центре села. Владельцами были три брата Каржины — местные купцы-мукомолы.
Они вели традиционный для того времени промысел: принимали от односельчан зерно, мололи его и в качестве оплаты оставляли себе часть готовой муки (так называемый «помольный сбор»). Мельница обслуживала не только Лёвино, но и окрестные деревни.
Это шатровая мельница юго-восточного типа — распространённая в степных губерниях конструкция, где вращающаяся часть («шатёр») могла поворачиваться вокруг неподвижного основания.
Основание — четырёхугольный сруб, обшитый тёсом, так называемая «юбка-амбар» — здесь хранили зерно и готовую муку.
Каркас мельницы был собран из мощных деревянных балок без единого гвоздя (на врубках и деревянных клиньях).
Количество крыльев (лопастей) — по некоторым данным, около 16. Это больше, чем у типичных голландских мельниц, и позволяло эффективно работать даже при слабом ветре.
Верхняя часть, где располагался механизм поворота, была украшена резьбой — характерный элемент для мельниц того времени, что подчёркивало статус владельцев.
В 1930 году мельницу национализировали и передали местному колхозу «Буревестник». Она продолжала молоть зерно, но теперь уже для нужд коллективного хозяйства.
В конце 1940-х годов колхоз провёл капитальную модернизацию внутренних механизмов: заменили деревянные шестерни на металлические, обновили валы и подшипники. Благодаря этому мельница проработала ещё несколько десятилетий — вплоть до 1970х годов, пока её не признали нерентабельной из-за появления электро- и дизельных мельниц.
В 1990-е годы, в ходе приватизации, здание мельницы вернули наследникам братьев Каржиных. Однако к тому моменту колхоз уже успел демонтировать и вывезти всё ценное оборудование — металлические детали, жерновые поставы, валы. Наследникам достался лишь пустой деревянный остов с остатками кровли. Без серьёзных инвестиций восстановить работу было невозможно, и мельницу забросили.
К 2015 году нижняя часть («юбка-амбар») полностью истлела и обрушилась. Крыльев не сохранилось вовсе — их, скорее всего, разобрали на дрова в лихие 1990-е. Сегодня от мельницы остался только шатровый каркас, местами лишённый обшивки, с зияющими пустотами вместо механизмов. Тем не менее на месте можно увидеть:
несколько массивных жерновов, лежащих внутри и рядом с основанием;
