Случаи увольнения часто оказываются не такими простыми, как должны быть. Как выяснили суды, закон не требует от работников строгих формулировок в заявлениях на увольнение. В центре одного из недавних дел оказался вопрос: действительно ли работница выразила намерение прекратить трудовые отношения.
Что произошло?
Гражданка Б. проработала маляром более 20 лет в муниципальном предприятии. К сожалению, трудовые условия и отношения с коллегами оставляли желать лучшего. В какой-то момент Б. решила, что терпеть больше не может и подала начальству заявление. В нем она выразила свое возмущение, отметив, что больше не желает работать в таких условиях.
После данной подачи работница не явилась на рабочее место. Работодатель не спешил уволить ее и зафиксировал отсутствие, отправив два письма с просьбой объяснить причины неявки, на которые Б. так и не ответила.
Спустя несколько месяцев Б. обратилась в суд и потребовала признать трудовой договор расторгнутым, требуя также компенсации.
Решение суда первой инстанции
В суде Б. настаивала на том, что поданное заявление вынуждает работодателя расторгнуть договор. Работодатель на это возражал, ссылаясь на «неправильность» формулировки заявления, отмечая, что это было эмоциональное высказывание, а не официальное решение об увольнении.
Тем не менее, суд первой инстанции решил на стороне Б. и признал, что текст заявления явно указывает на её намерение прекратить трудовые отношения. В результате суд обязывает работодателя распорядиться трудовой книжкой и выплатить работнице около 260 тыс. рублей, включая расчёт и компенсацию.
Дальнейшие события
Однако в апелляции работодателю удалось отменить решение суда. Суд указал, что фраза не подтверждает безусловного намерения работника уволиться, считая её лишь эмоциональным выражением. Трудовой договор был оставлен в силе.
Б. обжаловала решение, и кассация в итоге поддержала её позицию. Суд напомнил, что закон не требует строгих форматов для заявлений об увольнении. Главное условие — наличие явного волеизъявления работника, что в данном случае было налицо. Кассация подтвердила, что трудовой договор следует считать расторгнутым, и обязала работодателя выдать трудовую книжку и выплатить аналогичную сумму в размере 260 тыс. рублей. (Определение Восьмого КСОЮ по делу N 88-13106/2024)
